Перепутали ампулы? Один укол лишил молодую семью отца и мужа

В Нижнем Тагиле мужчина скончался после одного укола. Близкие погибшего считают, что имела место быть врачебная ошибка.

Вдова Евгения К. рассказала, что у её супруга периодически воспалялся глаз, поэтому раз в полгода он проходил лечение в городской больнице, где ему ставили внутривенно антибиотик, а также ставили уколы в глаз, после чего отпускали домой.

Так всё было и в этот раз.

Евгений взял больничный и отправился в больницу - на уже ставшие привычными процедуры. Но в этот раз улучшения не наступило, о чём мужчина сказал врачу. Та отмахнулась: мол, по закону положенное время продержали в больнице, а дальше - делайте, что хотите. И выписала пациента домой.

Евгений вернулся домой, но воспаление глаза не проходило. Да и работать с таким недугом невозможно. Тогда мужчина снова отправился к медикам. Ему прописали глазные капли, снова вкололи антибиотик.

В то последнее утро повела ребёнка в детский сад, а с мужем мы договорились созвониться. Он взял документы и поехал на укол в больницу. Потом оттуда позвонил, сказал, что задержится – были какие-то проблемы с оформлением больничного листа, после чего он пообещал забежать на укол. Это был наш последний разговор,

- говорит вдова Евгения в беседе с kp.ru.

Выяснилось, что после укола мужчине стало нехорошо - у него закружилась голова, и его уложили на кушетку. С каждой минутой его состояние ухудшалось. К моменту, когда прибыли реаниматологи, Евгений уже скончался.

Вскрытие установило, что "перед смертью был анафилактический шок при адекватно правильном лечении". Но близкие недоумевают: откуда судмедэксперту знать, правильным было лечение или нет?

Врач мне сказал, что лидокаин в вену не ставят. Антибиотик разбавляют лидокаином только при внутримышечном введении, а при внутривенном используют физраствор. Может медсестра перепутала ампулу, я не говорю, что она сделала это намерено, но это всё равно халатность,

- рассуждает вдова Евгения.

В итоге, дело дошло до суда. Суд частично удовлетворил иск вдовы. С медучреждения была взыскана компенсация морального вреда в размере 1 млн рублей, а в пользу ребёнка Евгения — 2 млн рублей. Также суд обязал медучреждение оплатить расходы на погребение.