Между законом и здравым смыслом: Москвичка подала в суд на мэрию из-за слежки видеокамерами

Мировое глобальное и во многом либеральное общество стремительно шагает в цифровую эпоху. Переход всевозможных институтов государства и общества на цифровые рельсы, технологию Big Data и тотальный уход в виртуальный мир выглядят оптимистично только в речах футурологов и владельцев крупных IT-компаний. На деле мы видим утечку за утечкой, причём в глобальном масштабе.

И всё бы ничего, если бы проблема касалась каких-то небольших групп граждан. Однако сейчас в паутину тотальной цифровизации попадают уже буквально все.

Это по-новому ставит вопросы о защите права человека на конфиденциальность, и более того – о защите самого человека от других людей, которые намеренно получают доступ к персональным данным в корыстных целях.

Россия также стремительно переходит на цифровизацию всевозможных услуг. Граждане ходят в МФЦ, «следят» в почтовых отделениях, управляющих компаниях, и, конечно, в банках.

Многие специалисты считают, что общество не просто идёт в цифровую среду, а уже туда пришло, причём поголовно. Однако границы возможного сейчас расширяются – введён сбор биометрических данных для паспортов и банковских операций, активно внедряются технологии распознавания лиц и голоса. Всё это, как заявляется, должно упростить жизнь рядовому гражданину. И отчасти это правда.

Банк узнаёт клиента по голосу, а безопасность на улицах обеспечивают видеокамеры, которые подключены к сервису по распознаванию лиц. Правоохранители, таким образом, очень быстро могут найти любого преступника или злоумышленника, и в чисто теоретическом виде это очень светлая идея. Но никто не будет спорить с тем, что если такие персональные данные и попадают к федеральным органам, то, во-первых, организации должны использовать их исключительно в заявленных целях, а во-вторых, охранять от попыток похищения.

Сейчас на Западе активно обсуждается вопрос о том, насколько технологии по сбору персональных данных с граждан, включая видеослежку, нарушают права отдельно взятого гражданина. И как найти баланс между безопасностью и конфиденциальностью.

Фото: Trismegist san / Shutterstock.com

Тотальная слежка

Вторжение в частную жизнь граждан, их прослушка или слежка за ними без соответствующей правовой санкции – это плохо, что доказал нам бывший сотрудник Агентства национальной безопасности (АНБ) США Эдвард Сноуден, разоблачивший секретную программу американских спецслужб по тотальной слежке за гражданами. Однако реальность такова, что и без этих засекреченных программ каждый гражданин передаёт в цифровой вид всё больше данных о себе, порой сам о том не подозревая.

Об этом заявила и жительница Москвы Алёна Попова, которая 2 октября подала в Савёловский суд иск с требованием признать незаконной технологию распознавания лиц, которую применяют власти столицы. Об этом «Ведомостям» сообщил юрист «Роскомсвободы» Саркис Дарбинян, представляющий интересы Поповой в суде. Москвичка ещё в 2018 году провела одиночный пикет у здания Госдумы, после чего её нашли и оштрафовали на 20 тыс. рублей за организацию незаконной акции. В ходе заседания суда была показана запись с видеокамер наружного наблюдения, изображение было увеличено в 32 раза, что указывает на применение технологии распознавания лиц.

Адвокат Поповой отметил, что мэрия Москвы нарушает законодательство, применяя технологию без согласия граждан. Согласно закону о персональных данных, сведения, которые позволяют абсолютно точно идентифицировать человека, отнесены к биометрическим данным, а их запрещено собирать без письменного разрешения гражданина. Истец и адвокат утверждают, что именно в этом аспекте был нарушен закон и права человека на неприкосновенность частной жизни.

Фото: tsyklon / Shutterstock.com

Более того, Попова и Дарбинян полагают, что была нарушена Конституция России. Поэтому «Роскомсвобода» уже начала сбор подписей в поддержку полного законодательного либо судебного запрета технологии распознавания лиц в Москве или даже по всей стране. С этих позиций такая деятельность является ограничением прав граждан и отсутствием уважения к частной жизни. Одним словом, между распознаванием лиц и прослушкой телефонных разговоров поставлен знак равенства.

Надо сказать, что в этой проблеме есть и второй аспект. Тогда как правозащитники склонны видеть в действиях властей нарушение прав человека, рядовых граждан интересует обеспечение безопасности данных, которые собираются.

Недавняя утечка из Сбербанка, откуда были украдены данные о 60 млн владельцев кредитных карт, – новое тому доказательство. Кажется даже, что мы идём по западному пути, где уже давно фиксируются очень серьёзные утечки из Facebook и других IT-компаний. Примечательно, что в США это уже стало причиной штрафов на рекордные суммы, а также послужило началом масштабных расследований деятельности цифровых компаний со стороны регуляторов.

Для России не нова и ещё одна проблема: использование собранных данных в ненадлежащих целях. Например, в рекламных или коммерческих целях сторонними лицами. Очевидно также, что за развитием технологий по сбору и обработке персональных данных не поспевают законодатели. И пример с подавшей в суд Анной Поповой тут примечателен, так как способен лишний раз привлечь внимание к серьёзной проблеме, которая, как кажется, не решается ни властями, ни компаниями. Однако как быть с тем, что заявлена крайне светлая цель – борьба с преступностью и терроризмом?

Впервые о камерах на улицах Москвы власти заговорили в 2017 году, когда начала работу система городского видеонаблюдения. Тогда к системе распознавания лиц было подключено порядка 3 тысяч камер. До конца 2019 года власти столицы хотят развернуть уже порядка 200 тысяч камер (сейчас, по данным мэрии, их 162 тысячи).

В тестовом режиме глобальная московская система распознавания лиц начала работу в 2018 году во время чемпионата мира по футболу. Тогда властям удалось выявить и задержать 98 человек, которые были в базе данных МВД. Известно также, что летом этого года департамент информационных технологий (ДИТ) Москвы заказал у дочки «АФК Система» – «Ситроникса» – не только техническое решение для слежки при помощи камер с системой распознавания лиц, но и (это важно) юридическое обоснование применения этой технологии.

Между законом и здравым смыслом

Как рассказал Царьграду управляющий партнёр компании «Ашманов и партнёры», один из крупнейших специалистов в сфере IT в России Игорь Ашманов, в сфере цифрового сбора данных в России есть большие проблемы, которые пока никак не решаются.

На улицах есть не только те 200 тысяч камер от мэрии Москвы, а ещё сотни тысяч вообще от кого угодно. Это торговые центры, АЗС и так далее. Каждый может повесить камеру за свой счёт во дворе или у охраны на въезде в двор дома. Эти камеры принадлежат сотням разных владельцев, и все они работают в серой правовой зоне. Включая мэрию,

– сказал Ашманов.

Фото: VladFotoMag / Shutterstock.com

Он отметил, что аргументы мэрии и остальных владельцев камер о том, что действия по слежке направлены на противодействие преступности, соответствуют истине.

Преступники потянулись из Москвы, потому что им стало некомфортно работать, в сто раз снизилось число квартирных краж, я видел такие данные. Автоугоны сейчас распознаются лучше, уличные кражи и так далее. Это всё правда. Однако одновременно возникают такие истории, что граждан снимают, и им это не нравится. Граждане при этом не преступники, почему их лица распознают – это отдельный вопрос,

– сказал специалист.

По его словам, прецедент с подавшей иск в суд москвичкой в данном случае может обратить внимание на проблему в этой серой зоне. Могут произойти сдвиги в правильном направлении.

«Моя позиция состоит в том, что преступников, конечно, нужно распознавать и ловить. Но нам необходимо регулировать использование данных. Не сбор данных, а их использование. То есть некоторые типы использования собранных данных должны быть разрешены, а некоторые – запрещены», – сказал он.

Ашманов отметил, что любые утечки персональных данных – это однозначно угроза, однако она в разы меньше, чем угроза неправильного использования данных. Причём теми, кто их собирает.

Например, государство. Одно дело, если ловят квартирного вора или угонщика автомобилей, а другое, когда этими данными начинает оперировать тот, кто хочет, например, долги собирать. С моей точки зрения, нужно ограничить использование данных,

– отметил он.

Ашманов пояснил, что говорит именно об использовании данных, а не о сборе, потому что сбор ограничить практически невозможно, как невозможно поснимать все камеры. К этому же относится и вообще весь сбор персональных сведений в интернете.

«Они собираются сотнями игроков из самых разных источников. Есть ещё приложения на смартфоне. Но даже не это самое главное. Сбор данных очень часто разнесён во времени очень сильно. Данные кто-то собрал, затем через пятые руки они были перепроданы и использованы кем угодно вообще», – сказал Ашманов.

По его словам, мы уже сталкиваемся с проблемой так называемых вычисляемых данных, то есть тех, которые не были украдены или проданы, а которые их обладатель получил на основе анализа. Например, в России очень трудно получить медицинские данные, историю болезни. Однако какие-то заболевания или беременность можно легко вычислить при анализе записи видеокамер.

Эти данные вы ниоткуда не взяли, а сами вычислили. И вот как раз использование таких чувствительных данных нужно ограничить, потому что тут главное не их сбор, а именно применение – для рекламы, для дискриминации на работе и так далее,

– сказал Ашманов.

Специалист добавил, что ограничения должны быть введены на законодательном уровне. И попытки такого регулирования предпринимаются. По словам Ашманова, этим занимаются специалисты рабочей группы по правовому направлению цифровой экономики в рабочей группе в центре компетенций в «Сколково».

«Там сейчас рассматриваются законы о персональных данных, об общедоступных больших данных и так далее. Но там пока идёт серьёзная борьба. Я думал, уже в этом году примут такие законы, но сейчас стал сомневаться. Надо понимать, что сборщики данных – это большие платформы вроде «Яндекса» или Mail.ru или мобильных операторов. Они пытаются получить индульгенцию на то, чтобы, первое, делать с собранными данными что угодно самим, а второе, что все должны у них эти данные покупать. У них есть острый корпоративный интерес. Монопольный интерес», – отметил он.

Правительственная комиссия по цифровому развитию под руководством вице-премьера Максима Акимова, по словам Ашманова, эту позицию не разделяет, как и правовая группа в «Сколково».

Эксперт также отметил, что борьбе с утечками это может никак не помочь, потому что они находятся вообще вне правового регулирования. И наказывать Ашманов призвал не только тех, кто украл персональные данные, но и тех, кто хранил их ненадлежащим образом. Но это сложно контролировать, потому что все скрывают свои утечки.

Если бы Сбербанк нашёл утечку быстрее, чем те, кто это разгласил, то мы могли бы вообще ничего не узнать. Но вопрос утечек не связан со сбором и использованием данных в серой зоне. Это разные проблемы. Но начинать их решение нужно с первой, то есть с регулирования использования,

– отметил он.

Таким образом, проблема сейчас, скорее, напоминает равнобедренный треугольник. Каждая из его вершин – отдельная и пока не выполненная задача. С одной стороны, есть попытки ограничения именно сбора данных без согласия граждан. И тут остро стоит вопрос видеокамер и технологии распознавания лиц.

Фото: Nadya So / Shutterstock.com

С другой стороны, есть проблема распространения этих данных, когда они попадают в руки мошенников или сторонних организаций, которые пытаются извлечь из них выгоду. Эти действия ведь тоже должны быть наказуемы по закону. И третье – это вопрос утечек, который косвенно связан с использованием, ведь в руки злоумышленников данные могут попасть в результате утечки.

Граждан беспокоят все три вопроса, ведь они не хотят стать жертвами скрытого наблюдения и чтобы затем их данные могли оказаться на чёрном IT-рынке. Именно поэтому возникают прецеденты, как с Алёной Поповой, которая теперь пытается доказать даже не то, что она ничего не нарушала, а что её незаконно снимали и затем распознавали.

Если же говорить об утечках, то надо понимать, что они были, есть и будут. Ведь человеческая алчность, как и интересы мошенников, никуда не денутся, а остановить процесс сбора данных отдельный гражданин просто не в состоянии. Да и на государственном уровне запрет на цифровизацию данных граждан был бы шагом назад в «бумажный век», а не шагом вперёд в цифровую экономику.

Однако все эти утверждения никоим образом не оправдывают мошенников, жуликов всех мастей и даже представителей каких угодно компаний и каких угодно чиновников, которые могут причинить вред гражданам из-за развития современных технологий. В технологии теперь проблем нет, а вот законы необходимо подтягивать.

 

Источник ➝

"Швейцарские гномы" продали секреты 120 стран

Богатые люди всего мира в последние несколько столетий ("вороватая, но верная рука" Петра I князь Александр Меншиков в том числе) предпочитали хранить свои капиталы, даже сомнительного происхождения, в Швейцарии с её пресловутой "банковской тайной", которая якобы жива до сих пор. Возможно, но не для всех. О том, как обстоит дело в действительности, многое мог бы рассказать, например, видный грузинский политик и бизнесмен Бидзина Иванишвили, как и некоторые российские олигархи и крупные чиновники вместе с иными чем-то не угодившими или, наоборот, вдруг пригодившимися Вашингтону африканскими вождями, но вряд ли расскажут.

Как швейцарцы с середины ХХ века (и тем более сегодня) охраняют чужие секреты, показал скандал вокруг компании Crypto AG, занимавшейся тем, что ещё выше денег или вообще не имеет денежного эквивалента, — вопросами обеспечения национальной безопасности, причём свыше 120 стран мира.

Согласно опубликованному на днях совместному расследованию немецкой государственной телекомпании ZDF, американской газеты The Washington Post и швейцарского телевидения SRF, швейцарцы не охраняли, а торговали чужими секретами, что приводило доверившиеся им страны к госпереворотам, проигранным войнам, чудовищным убыткам. В ходе начавшейся свыше полвека назад операции "Рубикон", у истоков которой стояли ЦРУ США и западногерманская разведка БНД, Вашингтон и его ближайшие союзники (американцы, безусловно, делились секретами с "сестринскими" спецслужбами англосаксонских стран) контролировали до 40% всей секретной правительственной переписки в мире. Это происходило с 1958 года до самого последнего времени. Швейцарские власти, разумеется, знали всё, но молчали. БНД вышла из этого уникального шпионского проекта в 1993 году, но ЦРУ оставалось в нём аж до 2018 года.

Как это делалось и к чему привело?

Компания Crypto AG с сороковых годов ХХ века поставляла по всему миру шифровальные устройства для защиты при передаче секретных данных и сообщений. ЦРУ и БНД с конца 1950-х годов полностью контролировали деятельность этой фирмы, а потом её полностью выкупили.

Всё гениальное просто. Crypto AG устанавливала на свои аппараты оборудование двух видов — безопасное и уязвимое. Безопасная версия аппаратов продавалась швейцарским клиентам и ещё нескольким избранным странам, а уязвимая — большинству европейских государств, Ватикану (а это по причине своей специфики одно из самых информированных государств мира), Египту, Ирану, Саудовской Аравии, Ливии, странам Латинской Америки. СССР и Россия продукцией Crypto AG, конечно, не пользовались, но некоторые их союзники стали жертвой швейцарской репутации как гордой нейтральной страны, а значит, выдавали англосаксам и немцам не только свои секреты.

Аргентина потеряла в 1982 году крейсер "Генерал Бельграно" и свыше 300 моряков, потому что шифровки её флота спокойно читали благодаря швейцарцам западные спецслужбы. Фото: Scherl / Globallookpress

И все они ещё и платили швейцарцам за этот обман, который стоил, например, Чили кровавого путча против убитого военными президента Сальвадора Альенде, Аргентине — поражения в Фолклендской войне. Участники расследования подтвердили, что "декодированные телеграммы аргентинского военно-морского флота, передаваемые британцам немцами и американцами, внесли решающий вклад в победу Великобритании в войне 1982 года за Фолклендские острова". Значит, гибель торпедированного британской атомной субмариной вне зоны боевых действий аргентинского крейсера "Генерал Бельграно", унёсшая жизни свыше трёх сотен моряков, — это тоже последствие "Рубикона". Как было также установлено, взломанные швейцарские устройства шифрования сыграли существенную роль в ходе палестино-израильских переговоров в Кэмп-Дэвиде в 1979 году, во время кризиса вокруг американских заложников в Иране в 1981 году и в ходе американского вторжения в Панаму в 1989 году.

Почему это так важно?

Если одна сторона знает чужие секреты, она выигрывает. Русская армия терпела поражения в годы Первой мировой войны, потому что немцы и австрийцы читали несложные для взлома русские военные шифры и заранее принимали необходимые меры. Союзники России выиграли Первую мировую войну, потому что получили благодаря "чешским патриотам" доступ к каналу связи между немецким и австрийским Генштабами и знали всё, что те готовятся предпринять на Западном и Восточном фронтах (своему русскому "союзнику", поделившемуся с ними в начале войны поднятым водолазами со дна Балтики шифром кайзеровского флота, они при этом ничего не сообщали). Пресловутое "чудо на Висле" в 1920 году произошло потому, что поляки взломали советский военный шифр и были великолепно осведомлены, что собирается предпринимать Красная армия, чем и воспользовались.

Использовавшаяся в годы Второй мировой войны немцами переносная шифровальная машина "Энигма", взломанная с помощью поляков англичанами, стала одной из главных причин поражения Германии. Фото: Simon Chapman / Globallookpress

Всю Вторую мировую войну англичане и американцы почти до самого её конца (операция "Ультра") знали о вермахте всё — вплоть до того, когда немецкие командующие собираются в отпуск, чтобы приурочить к этому свои наступления. Англичанам было известно, какие города собираются бомбить немецкие самолёты и где находятся подводные лодки врага, которые тем не менее едва не поставили их на колени. Когда кригсмарине усложнил свои шифровальные машины и британцы временно "ослепли", у немецких подводников наступило "втрое счастливое время". Когда в ходе немецкого прорыва в Арденнах в конце войны гитлеровцы, заподозрив неладное, отказались от использования скомпрометированных шифровальных машин "Энигма", дело пошло на лад и союзники побежали, так как на этот раз ничего не знали о планах врага.

Японские шифры находились под сильным немецким влиянием. Поэтому и о японском нападении на Перл-Харбор (Вашингтону нужно было, чтобы оно состоялось), и о вызвавшей перелом в войне на Тихом океане в пользу США операции императорского флота в районе атолла Мидуэй, как и о последнем маршруте полёта самолёта с командующим японским ВМФ адмиралом Ямамото, который был сбит, американцы знали заранее. Кстати, в ходе Второй мировой войны, в отличие от Первой мировой, британцы в очень элегантной и хитроумной форме делились с СССР до конца 1943 года немецкими военными секретами, не раскрывая их истинного источника. И это сильно помогло выстоять Красной армии в самые трудные годы. "Слив" был прекращён только тогда, когда Гитлер снова стал англосаксам более полезным, чем Сталин.

Эти и множество других исторических примеров показывают, как важно читать чужие секретные документы, а также степень вины Швейцарии, которая так обманула доверившиеся ей страны, не устояв перед американским шантажом, который наверняка имел место.

Теперь об этом можно рассказать?

Разумеется, теперь, когда операция "Рубикон" завершена, швейцарские власти делают вид, что то, что стало известно, — для них неприятная новость. Некоторое время назад Федеральный совет (правительство страны) распорядился провести расследование, которое поручено бывшему федеральному судье Никлаусу Оберхольцеру. Пожелаем ему успеха. Но где гарантия, что после завершения одной операции на Швейцарию не надавили, чтобы она дала согласие на другую, третью, четвёртую и т. д.? И не требуется слишком большого ума для того, чтобы предположить, что так оно и есть.

Сама Crypto AG тоже пытается выкрутиться из скандала. В 2018 году компания подверглась реструктуризации. За иностранных клиентов теперь отвечает Crypto International, которая делает вид, что прошлое её не касается, хотя и объявила о проведении для отвода глаз внутреннего расследования. Но уже заявляет, что никакого отношения к Crypto AG или разведкам США и ФРГ она не имеет. Тем не менее лицензии на экспорт шифровального оборудования у Crypto International Берном отозваны: "Мавр сделал своё дело, мавр может уйти". Естественно, никому из участников этого глобального и очень успешного шпионского проекта за него не стыдно, его считают огромным успехом. Это Россия должна стыдиться того, чего не совершала.

Ну и?!

Из всего вышесказанного следует сделать логический вывод, естественный в свете объявленной США России гибридной войны: её граждане, доверяющие Швейцарии свои секреты, обязательно останутся без штанов. "Рубикон" — это предупреждение, возможно, последнее. Только не стоит бегать из Швейцарии в Англию — без штанов "нашенских" беглецов оставят и там. Поэтому пора возвращаться в Россию.

 

ОПЕК+ – не соглашение, а новые санкции против России

Загружается...

Популярное в

))}
Loading...
наверх